НЕДОСТАТОК В ЛЮБВИ

«Во всем нужна трезвость, чтобы те блага, какие по-видимому имеем, не обратились нам во вред»

Преподобный Макарий Египетский

"Скорблю во глубине сердца моего, волнуется во мне сердце мое, не могу молчать", – восклицает древний пророк (Иер. 4, 19). Именно понятие православной соборности позволяет и мне, грешному и недостойному, не молчать, но указать на неправоту людей, увы, духовных, облеченных саном. "Они умны на зло, но добра делать не умеют", – поясняет свою боль человек Божий (Иер. 4, 22). Как сие не прискорбно, но в полной мере эти слова могут быть отнесены к участникам недавних событий в Свято-Климентовском монастыре. По благословению правящего архиерея, Высокопреосвященнейшего Митрополита Лазаря, в ответ на просьбу министра иностранных дел Украины и представителей государства (именно государства, нравится это нам или нет) Ватикан, высокопоставленный представитель католической церкви прибыл в обитель поклониться святым мощам святого мученика Климента, папы Римского. Прибыл, испросив разрешение и благословение как лицо частное, не собираясь ничего проповедовать и декларировать. "И слепому, и прокаженному, и поврежденному рассудком, и грудному младенцу, и уголовному преступнику, и язычнику окажи почтение как образу Божию. Что тебе за дело до его немощей и недостатков? Наблюдай за собой, чтобы тебе не иметь недостатка в любви", – учил один из величайших подвижников монашества последнего времени святитель Игнатий Брянчанинов. "Чтобы тебе не иметь недостатка в любви..." Какую же любовь "православную" увидел паломник? Проявив неслыханное самочиние и непослушание, насельники монастыря не пустили его в обитель, миряне выстроились, пикетируя дороги, духовенство удивительным образом отсутствовало. Были попраны канонические правила послушания священноначалию, нарушены православные монашеские уставы. По человеческой мерке – был продемонстрирован дикий, варварский фанатизм. Неужели этому учит нас православная вера – религия любви? Или, подобно сектантам, выхватывают некоторые пастыри библейские цитаты, разжигая паству? О какой терпимости и доброте может идти речь?

Не думаю, что устроители, именно устроители этого безобразия не знают, что в итальянском городе Бари в католическом соборе Святителя Николая Угодника, где хранятся мироточивые мощи любимого нашего чудотворца, православным христианам не просто разрешают поклоняться угоднику, но и совершается православная Божественная Литургия, совершается нашими батюшками. Уверен, что устроители акции прекрасно осведомлены, что в храме Гроба Господня – величайшей святыни Православия – служат поочередно православные, потом католики, затем армяне. Сам Господь определил Православию быть несомненно первым, ибо оно истинно. Но никому еще не пришло в голову доказывать правоту своей веры. Да, литургическое общение с ними – несомненный грех; да, признание их церквей равноблагодатными – безусловная ересь, но кто выгнал хоть папуса из Троице-Сергиевой или Киево-Печерской обителей за всю их историю, если тот пришел с миром? "Там убоятся страха, где нет страха", – учит святой Псалмопевец. Но вряд ли только излишняя ревность по вере стала причиной действительно печальных и горьких событий в Свято-Климентовском монастыре. Вольно или невольно возникает мысль: а ту ли пищу духовную дают своим пасомым некоторые пастыри? Не впали ли они в соблазн, или, хуже того, в прелесть? "От избытка сердца говорят уста", – сказано в Писании. Часто все мы (и я, грешный, первый) молчат тогда, когда молчанием Бог предается, или там свое рвение пытаемся явить, где именно кротость и смирение свидетельствуют о вере нашей. Древние отцы Церкви учили, что порой нужно и у язычников взять доброе. Так вот, языческий мудрец сказал однажды: "Платон мне друг, но истина дороже". А для нас, если мы православные, истина – во Христе Господе и в Церкви Его Православной. Иное – от лукавого.

Георгий Когонашвили,

фонд "Искусство во имя Христа"

P.S. Узнав о случившемся, сомневаясь и переживая происшедшее, я обратился за советом к двум людям, духовное наставничество которых уже долгое время для меня очень значительно: к архиепископу Львовскому и Дрогобычскому Августину и главному редактору "Ионинского листка" игумену Спиридону. Оба они решительно осудили случившееся и благословили меня написать эти строки.