Изучение реликвий древнехристианского времени методами церковно-археологической науки неизменно приносит положительные результаты.

В собрании Одесского Археологического музея хранится крайне интересный глиняный кувшин, на внешней поверхности которого изображен лик мужчины средних лет. Кувшин, напоминающий по форме лекиф (греческий сосуд для масел), поступил в Одесское собрание еще в конце XIX в. из г. Керчи. На месте этого города в древности находилась столица Боспорского государства. Долгое время считалось, что этот памятник искусства изготовлен боспорским греком задолго до Рождества Христова. При этом не обращали внимание, что лик написан красной и черной краской на фоне нимба, окаймленного красным контуром. Нимб, подбор красок и сама манера росписи сейчас не оставляют сомнений, что перед нами древнехристианская реликвия с образом святого мученика.

Впоследствии выяснилось, что "одесский" сосуд не одинок. Подобные ему по форме кувшины, на которых роспись просматривается более слабо или не сохранилась вовсе, найдены в Керчи, близ Гурзуфа и в районе пещерного города Бакла, притом совместно с другими предметами и украшениями второй половины VI – или начала VII столетий. Сравнение манеры росписи и трактовки образа с другими памятниками ранневизантийской эпохи показало их тождество с фресками и мозаиками, такими как икона "Архиепископ Авраам" из берлинского собрания, икона с фигурами Христа и св. Мины из Лувра, росписями келий в Саккара и Баугитского монастыря в Египте, а также в мозаичных ликах евангелистов в храме Панагии Канакарии на о. Крит и других, указывают на вторую половину VI -VII вв.

Установив дату, следует задаться вопросом: образ какого святого подвижника помещен на сосуде? Исследование показало, что кувшин изготовлен из глины, типичной для керамического производства греческого города Синопы, расположенного на Южном берегу Черного моря в Малой Азии (ныне территория Турции). В этих местах христианские общины сложились очень рано: уже во II в. по Р.Х. многие города имели своих епископов. Среди них был и Фока. В Предании св. Фока Епископ, в прошлом моряк, выступает как современник императора Траяна, поставленный за праведность жизни во главе синопской общины. Св. Фока принял мучение в раскаленной бане, но тело его осталось невредимым и источало миро. В 403 г. мощи были торжественно перенесены в Константинополь (память 22 июля ст. ст). Другой Фока Ветроградарь (Садовник), также уроженец Синопы, пострадал от язычников двумя столетиями спустя, в начале IV в. На месте его погребения был воздвигнут храм-мартирий, а мощи святого прославились чудотворениями. Оба Фоки считались покровителями мореплавателей, и их образы столь слились в народном сознании, что им даже установлен единый день памяти 22 сентября ст. ст. Епископом города Амасии (находившимся рядом с Синопой) св. Астерием во второй половине IV в. составлена "Похвала священномученику Фоке". Для нашей темы крайне важна та часть "Похвалы", в которой содержатся сведения о прославлении св. Фоки (или точнее, обоих святых) на Боспоре Киммерийском (совр. Керченский полуостров), св. Астерий пишет: "Почитание его проникло и к варварам: все крайне дикие скифы, владеющие материком за Эвксинским Понтом, обитатели стран, соседних Меотийскому озеру и реке Танаиду, а также живущие по Боспору и простирающиеся до реки Фасиса – все они чтут Садовника; различаясь от нас всеми обычаями и занятиями, они только в этом единомысленны с нами, и дикость их нравов смягчается истиною. Один владетельный царь из тех стран, сняв со своей головы венец, блестящий золотом и драгоценными каменьями, и скинув военный панцирь, осыпанный драгоценностями (ибо варварское вооружение хвастливо и роскошно), послал тот и другой в виде вкладов, посвящая Богу, через Его мученика (т.е. св. Фоку), знаки своего могущества и достоинства. Ибо очевидно, что венец был благодарственным даром за царскую власть, а панцирь за военную силу...".

Археологические материалы, в частности, глиняные штампы VI-VII вв. с фигурой св. Фоки из Херсонеса, свидетельствуют о существовании в этом городе нищеприимного дома и, скорее всего, храма, посвященного синопийскому святому. Следовательно, в образе св. Фоки мы имеем покровителя моряков Херсонесской и Боспорской земли.

Для каких же целей могли предназначаться сосуды с ликом св. Фоки? Их малая вместимость, форма и высокопрофессиональная роспись не позволяют считать их образцами рядовой бытовой посуды, а роспись – лишь декоративным элементом. Это ставит их скорее в один ряд с другими категориями священных вместилищ, например, с ампулами раннего средневековья. В ампулах паломники перевозили св. миро от мощей особо чтимых снятых. Зачастую они снабжались их изображениями. Хорошо известны, например, ампулы с изображением св. Мины, некоторые из которых происходят из Крыма. Но объем рассматриваемых кувшинов во много раз больший, не сопоставим с ампулами и вряд ли мог предназначаться для перевозки только лишь святого миро. И все же связь сосудов с почитанием мощей мучеников кажется наиболее вероятной. Мощи св. Фок были ознаменованы чудесами и долгое время сохранялись в матририях. Представляется, что такие кувшины могли предназначаться для перевозки особого состава, частью которого было и святое миро от мощей. Сама форма лекифа, выработанная еще в архаической Греции, была усвоена сосудам, имевшим погребальное назначение. В Византии существовало особое чинопоследование, предусматривающее посмертную эксгумацию остатков с последующим перезахоронением в костнице – коммитирии. Совершалась служба в храме с омовением останков смесью воды и вина. В этот состав, возможно, входило и миро от мощей св. мучеников с целью сообщить омываемым останкам исходящую от них благодать. Возможно, для этого и предназначались кувшины с ликом святого подвижника Православия Фоки – покровителя моряков.