"ВЫСЛАТЬ ЗА ГРАНИЦУ БЕССРОЧНО..."
(Окончание. Начало в № 6)
|
"ВЫСЛАТЬ ЗА ГРАНИЦУ БЕССРОЧНО..." (Окончание. Начало в № 6) |
|
21 октября С. Н. Булгаков пишет третье заявление:
"Начальнику Ялтинского особого отдела гр. С.Н. Булгакова заявление. Ввиду отправки меня в Симферополь прошу разрешить мне свидание с женой. С. Булгаков".
На заявлении имеются следующие резолюции:
"Начальнику с[ледственно]-о[перативной] ч[асти] тов. Романову. Полагал бы разрешить с условие[м] краткой беседы (чисто семейной) при понятом. Уполномоч[енный] секр[етной] гр[уппы] Котиков. 21/10 – 22 г."; "Т. Котикову. Разрешаю на 10 мин. только в В[ашем] присутствии. Романов. 21/Х – 22 г.".
В тот же день С. Н. Булгаков был препровожден из комендатуры ЯПО в Симферополь, в тюрьму КПУ.
Одновременно из Москвы в КПУ поступила шифрованная телеграмма, подписанная начальником следственно-оперативного управления ГПУ Менжинским.
"Дополнение нашего HP 25776 и 26234 профессора Булгакова после ареста выслать за границу бессрочно тчк Обвинение 57 статья Кодекса тчк Исполнении сообщите тчк 21 октября 1922 года НР 262341 10703/ш Начсоперупр ГПУ Менжинский Помначсоч ГПУ Дepuбaс Расшифровала Мардер 23 октября 1922 года".
На документе имеется резолюция:
"Срочно Лев. Исполнить, для чего представить заключение и сообщить oб исполнении в ГПУ Москвы. 25/Х. (подпись неразборчива. – С. Ф.)".
Таким образом, участь С. Н. Булгакова была решена. Остальное было лишь делом техники крымских чекистов.
Становится понятным, почему в деле имеется только один протокол допроса, датированный 28 октября 1922 года. Но и в нем заполнена лишь "анкетная" часть:
"1) Фамилия Булгаков
2) Имя, отчество Сергей Николаевич
3) Возраст 51 л
4) Семейное положение женат
5) Национальность русский
6) Губернии и уезда сын свящ[енника] Орловск[ой] губ. г. Ливны
7) Волости и села [прочерк]
8) Местожительство Ялта, Дарсановская, 5
9) Занимаемая должность
втор[ой] [священник] Алек[сандро] - Невск[ого] собора г. Ялты
10) Образование высшее
11) Социальное положение [прочерк]
12) Партийность беспарт[ийный], б[ывший] христ[ианский] соц[иалист]
13) Чем занимался и где:
а) до 1914 года профессурой
б) до Февральской революции тоже
в) до Октябрьской революции тоже
г) до настоящего времени с 1918 г. священником
14) Сведения о прежней судимости при старом реж[име] 1902 г. в Киеве за социализм, в 1911 г. изгнан из Москвы".
Графа "Обвинение" осталась незаполненной, как и оборотная сторона "Протокола допроса обвиняемого", на которой, собственно, и должен был быть зафиксирован протокол допроса. Как видим, обвинять С. Н. Булгакова было не в чем, допрашивать его было не о чем...
1 ноября 1922 года последовало постановление:
"Рассмотрев дело Сергея Николаевича Булгакова, 51 г., подлежащего высылке за границу, считаю необходимым немедленно освободить его, дав ему двухнедельный срок для поездки в Ялту, привести свои дела в порядок. Настоящее постановление представить на рассмотрение нач[альнику] с[ледственно]-о[перативной] ч[асти]. Начальник секретного отделения Лев".
1 ноября 1922 года С. Н. Булгаков освобождается из-под ареста и возвращается в Ялту.
16 ноября 1922 года начальник Ялтинского погранотделения шлет в КПУ следующее донесение:
"Срочно. Совершенно секретно. В Крымполитуправление. 4/XI мес[яца] с/г. Ялт[инским] погранотделением получена Ваша телеграмма от 3/XI с/г. № 1068/Ш по поводу представления 2-недельного срока подготовки к выезду за границу священнику Булгакову Сергею. Сегодня пробил срок с момента освобождения Булгакова из-под ареста КПУ. Последний вызывался и сообщил, что КПУ ему было объявлено о том, что его (Булгакова) дело будет переслано в Ялт[инское] погранотделение, каковое примет подлежащие меры по вопросу высылки. Булгаков регистрируется каждые три дня, и за ним ведется внутреннее на-блюдение. Просим срочных распоряжений по существу изложенного. Начпогранотделения Карга".
23 ноября 1922 года последовало официальное постановление уполномоченного секретного отделения следственно-оперативной части КПУ. Этим редкостным по цинизму документом была поставлена последняя точка в "деле" С. Н. Булгакова:
"Постановление. 1922 год, 23 ноября. Я, уполномоченный секретного отделения СОЧ КПУ Малли, рассмотрев настоящее дело за № 114'7 по обвинению б. профессора Московского университета, ныне протоиерея Ялтинского Александро-Невского собора Булгакова Сергея Николаевича, 51 лет, в политической неблагонадежности, конкретно выражающейся в активной ученой работе против рабочего движения при б. царском прави- тельстве. По рассмотрении мною следственного материала нашел, что согласно телеграммы ГПУ № 25776/10142/Ш от 17/VIII с/г. гр. Булгаков подлежит препровождению в с[ледственный] о[тдел] ГПУ, согласно же телеграммы ГПУ № 26243/10703/Ш гр. Булгаков на основании ст. 57 Уголовного Кодекса подлежит бессрочной высылке из территории РСФСР. В исполнение последней телеграммы постановил: гр. Булгакова Сергея Николаевича, 51 лет, выслать из пределов РСФСР без права возвращения, предоставив ему 2-недельный срок для ликвидации своих домашних дел. Уполномоченный Малли".
Следует отдать должное автору сего документа: отнюдь не каждому под силу додуматься до столь абсурдного обвинения, как "активная ученая работа против рабочего движения при б. царском правительстве"!
Еще более изумителен для законопослушных граждан пассаж, когда постановление было принято во исполнение не статьи закона, а всего лишь начальственной телеграммы.
28 ноября 1922 года из Симферополя в Ялту была отправлена телег- рамма:
"Ялта Погранотделение Вышлите Булгакова Сергея предела РСФСР за свой зпт Булгакова счет двухнедельный срок дня получения сего тчк Исполнение донести тчк Ноября 28 дня 1922 года № 01078/Ш Нач СОЧ Корченко".
13 декабря 1922 года С. Н. Булгаков дает ЯПО КПУ обязательство в том, что первым отходящим пароходом он оставит пределы Ялтинского округа с тем, чтобы из Севастополя последовать за границу. Одновременно он пишет заявление:
"Гражданину начальнику Ялтинского пограничного отделения гр-на С. Н. Булгакова 13/XII – 22 г. заявление. Имея предписание оставить г. Ялту для выезда в Севастополь для дальнейшего следования за границу, прошу Вас включить в список лиц, следующих со мной, 1) жену мою Елену Ивановну, 54 лет, 2) дочь Марию Сергеевну, 24 лет, 3} сына Сергея Сергеевича, 11 лет и 4) родственницу Евфимию Васильевну Бордасову, 55 лет. Прошу принять меры к тому, чтобы находящийся в Севастополе иностранный пароход "Жан" не был отправлен до прибытия парохода из Ялты, чтобы я имел возможность немедленно уехать. Прошу, чтобы мне предоставлен был бесплатный проезд вместе с семьей и провоз багажа, согласно устному Вашему указанию. Гражданин С. Булгаков".
Три дня спустя, 16 декабря 1922 года, Ялтинское погранотделение пишет в Севастопольский политотдел КПУ:
"Препровождаем, согласно телеграммы КПУ N'1078/Ш от 28/XI – 22, дело №39 священника Булгакова С. Н., подлежащ[его] высылке за границу. Гр. Булгаков следует в Севастополь с пароходом "Игнатий Сергеев". Просим проследить за выездом Булгакова за границу и сообщить об этом в КПУ. Основание: телеграмма КПУ. Приложение: дело на 62-х листах. Начпогранотделения Карга".
Еще два дня спустя, 18 декабря 1922 года, С. Н. Булгаков, уже, будучи в Севастополе, пишет заявление:
"Начальнику к[онтр]р[азведывательного] о[тдела] Сергея Николаевича Булгакова заявление. Честь имею заявить, что я прибыл в Севастополь для дальнейшего следования за границу с первым пароходом, и прошу выдать мне для этого соответствующие бумаги в срочном порядке ввиду того, что ближайший пароход отправляется в четверг. Адрес мой: Гоголевская, 11, кв. 1 (во втором этаже) С. Булгаков. 18 декабря 1922 г.".
20 декабря 1922 года из Севастополя в Симферополь полетела теле- грамма:
"Крымполитуправление г. Симферополь Срочно сообщите двтч делу 1147 подлежат ли высылке вместе священником Булгаковым повторяю Булгаковым зпт члены его семьи тчк HP 5195 - 20/XII – 22 г. Зам нач. Сев[астопольского] окр[ужного] отдела КПУ Антонов".
Поскольку в течение пяти дней ответа не последовало, 25 декабря запрос был повторен: "Прошу срочно ответить по существу т[елеграм]мы нашей, от 20/XII – 22 г. за HP 5195 относительно выезда за границу членов семьи священника Булгакова Сергея, административно высылаемого за пределы РСФСР. Означенные сведения срочно необходимы ввиду отхода п/х "Жан" завтра утром тчк 25 декабря 1922 г.".
В тот же день пришел ответ:
"Телефонограмма № 12363. Севокротдел КПУ. Разрешите с семьей без сына. Сейчас же лично Антонову тчк 2 5/XII – 22 г. Замначсоч Арнольдов".
По причинам, оставшимся мне неизвестными, последний из гнусных замыслов властей – отправить С.Н. Булгакова за границу без несовершеннолетнего сына – не удался. Об этом свидетельствует следующий документ:
"Заключение. 26 декабря 1922 г. Севастополь. Я, помуполномоченного по охране границ 1-й группы КРО Севокротдела КПУ Кочетков, рассмотрев следдело № 342 пo обвинению в политической неблагонадежности, конкретно выразившейся в активной научной работе против рабочего движения при быв. царском правительстве священника Ялтинского Александро-Невского собора гр-на Булгакова Сергея Николаевича, 51 лет, на основании постановления Крымполитуправления от 23 ноября с/г и согласно телефонограммы, того же Управления от 25 декабря с/г за № 12363 постановил: граж. Булгакова Сергея Николаевича 51 года, жену его Елену Ивановну 54 лет, дочь Марию Сергеева 24 лет, сына Сергея Сергеевича 11 лет и родственницу Евфимию Васильевну Бордасову 55 лет выслать из пределов РСФСР без права возвращения на отходящем сегодня пароходе "Жан" на основ[ании] ст. 57 Уголовн[ого] Кодекса. Копию настоящего заключения послать для сведения уполнаркоминдела тов. Кржеминскому и для исполнения начальнику ВКП тов. Рыбаку. Дело же возвратить в КПУ, предварительно зарегистрировав в Регчасти. Справка: вещественных доказа- тельств к делу не числится. Обвиняемый освобожден под подписку. Пом. уполномоченного 1-й группы КРО Кочетков. Согласен: уполномоченный первой группы КРО Незванов. Утверждаю: нач. КРО, зам. СОЧ Розов".
Ниже – приписка:
"Бордасову Евфимию 55 лет оставить в пределах РСФСР. 26/ XII – 22 г. Розов".
3 января 1923 года начальник Севастопольского окружного отдела КПУ докладывал:
"Секретно. В Крымполитуправление. Настоящим окр. отдел КПУ сообщает, что согласно Вашего постановления по делу священника Ялтинского Александро-Невского собора граж. Булгакова Сергея Николаевича, 51 год, таковой вместе с женой своей Еленой, дочерью Марией и сыном Сергеем, 11 лет, 27 декабря 22 года административно высланы из пределов РСФСР на уходившем в Константинополь пароходе "Жан" без права возвращения. Нач. Ceв[acтополъского] окр[ужного] отдела КПУДагин".
Неделю спустя последовало постановление:
"1923 года 10 января. Я, уполномоченный секр. отд. СОЧ КПУ Малли, рассмотрев настоящее дело за № 1146 по обвинению Булгакова Сергея Николаевича в политической неблагонадежности, НАШЕЛ, что согласно отношения Севаст[опольского] Окр. Отдела КПУ за № 42/c от 3/1 с. г. вышеозначенный гражд[анин] во исполнение постановления КПУ от 23/XI – 22 г. административно выслан из пределов РСФСР на уходившем в Константинополь пароходе "Жан" 27/XII – 22 г. без права возвращения, а посему ввиду того, что высылка состоялась на основании телеграммы ГПУ 26243/10703/Ш, ПОСТАНОВИЛ: настоящее дело препроводить в СО ГПУ в гор. Москву. Уполномоченный Малли. Согласен: Нач. СО СОЧ КПУ Лев. Утверждаю: Нач. СОЧ Корженко".
Следственное дело С. Н. Булгакова завершает выписка из протокола заседания Коллегии ГПУ (судебное) от 15 марта 1923 года:
"Слушали: Дело №17145. Булгаков Серг. Ник. Обв[иненный] по ст. 57 УК, администр[ативно] высланный из пределов РСФСР без права возвращ[ения]. Докл[адывал] т. Груздуп. Утв[ердил] т. Уншлихт. Постановили: Дело сдать в архив".
На основании статьи 1 Закона Украины от 17 апреля 1991 года "О реабилитации жертв политических репрессий на Украине" Прокуратурой Автономной Республики Крым 22 февраля 1996 года С.Н. Булгаков был реабилитирован.
Выявленные и опубликованные выше документы позволяют не только дополнить и уточнить бытующие представления о последних месяцах пребывания С. Н. Булгакова на Родине и процессе высылки его на чужбину, но и определить места, связанные с пребыванием выдающегося соотечественника в Крыму. Напомню, что именно в Крыму он хотел быть похороненным. В завещании "О моих похоронах" С. Н. Булгаков писал:
"У меня нет никакого пожелания относительно места погребения, после изгнания из родины, где я преждевременно избрал себе место около могилы сына на Кореизском кладбище [...]. Однако я прошу положить мне в гроб горсть родной земли, зашитой в ладанку и взятой с могилы моего сына...". Стало быть, в Париже, в могиле С. Н. Булгакова есть горсть крымской земли.
Булгаковские места в Крыму заслуживают быть увековеченными.
Сергей Филимонов,
доктор исторических наук, профессор Таврического национального университета им. В.И. Вернадского