ИЗ ИСТОРИИ ТАВРИЧЕСКОЙ ЕПАРХИИ

ШКОЛА ИОАННА КРЕСТИТЕЛЯ, ПРОСВЕТИТЕЛЯ ЛЮДЕЙ

В 1886 году проездом из Санкт-Петербурга в Ялту в Алуште остановилась молодая учительница Елена Андреевна Воронова. И года не проработала она после окончания учительский семинарии, как тяжелая болезнь заставила ее бросить любимое дело и выехать на лечение в Крым. В Алуште она остановилась всего на два дня, а прожила здесь… почти восемь лет.

Знакомясь с бытом и нравами местных жителей, она особое внимание обратила на детей. Неприкаянными и дикими показались они ей. Волновала и тревожила их судьба – большинство из них были неграмотными. Конец XIX века, а в местечке нет школы.

Раздумывала недолго. Предложила хозяйке дома, где она остановилась, обучать грамоте ее детей. Та не только с радостью согласилась, но и выделила еще одну комнату для занятий. Более того, она не возражала, чтобы и другие дети могли здесь заниматься.

Тогда, заручившись поддержкой местного священника о. Михаила Сорокина, Елена Андреевна решила организовать в Алуште школу. Она была уверена: "Для того, чтобы дело шло хорошо, не надо иметь больших средств, а только любовь к делу, горячее желание трудиться и твердое упование на волю Божию. Только начало положить хорошему делу, а добрые люди всегда найдутся, чтобы поддержать его и помочь ему". Такие люди в Алуште нашлись.

В августе обошли все дома. Переговоры с татарскими семьями помогал вести отставной вахмистр Приходько. Собрали учебники – азбуки, учебник Евтушевского; мебель – доски, поленья, ящики. Отец Михаил принес икону Главы Иоанна Предтечи. "Приходит ко мне сегодня, – рассказывал он, – какой-то странник, подает икону и, ничего не пояснив, удаляется… И заметьте, что школа-то Иоанна Крестителя, просветителя людей".

Таким образом, в 1886 году в доме Р.М. Цитрон была открыта школа, ставшая впоследствии одной из лучших церковно-приходских школ Крыма.

На первое занятие пришло 13 учеников в возрасте от 6 до 15 лет. В декабре для школы пришлось снять две больших светлых комнаты в татарском доме, так как число учеников увеличилось до 30. В этом же году по ходатайству о. Михаила Симферопольский учительский совет официально утвердил школу и разрешил приступить к постройке здания, что сразу и было сделано.

Строилась школа на пожертвования, собранные о. Михаилом. Как всегда, когда в Алуште возникал вопрос о пожертвованиях на благо города, особой щедростью отличился Н.Д. Стахеев.

В октябре 1890 года школу посетил обер-прокурор Св. Синода К.П. Победоносцев с супругой. Сама школа и ее учредительница произвели на них столь сильное впечатление, что и в дальнейшем сам Константин Петрович и его супруга стали искренними друзьями Елены Андреевны. На развитие школы ими было пожертвована 1000 рублей.

А школа действительно была особая: по содержанию преподавания – церковно-приходская; по составу учеников – народная. Так как наряду с православными – русскими, украинцами, греками и армянами – в ней обучались евреи, татары (и десять лет спустя, уже без Елены Андреевны, эта особенность алуштинской церковно-приходской школы сохранялась).

Прошло три года. Для своих учеников и их родителей Елена Андреевна стала больше, чем просто учительницей. Она была с ними и в радости, и в беде. Они же свято верили, что ее благословение принесет счастье, ее молитва – выздоровление. Отступила болезнь и от самой учительницы. Надо было возвращаться в Санкт-Петербург. За школу можно было не волноваться. Заведовал школой о. Михаил Сорокин. Преподавали уже и управляющий тихомировским имением П.М. Кадомский, ранее преподававший в Москве, а также учитель пения – Р.Н. Яцунов.

Следует сказать, что плату за обучение детей получал только учитель пения, единственным вознаграждением Е.А. Вороновой и П.М. Кадомского была благодарность и искренняя любовь учеников.

Пришло время прощаться. Любимый ученик Елены Андреевны, татарин Сеид-Али Аметов просил ее: "Возьми меня и снеси в Петербург". Ему так хотелось учиться дальше.

Расставание было печальным и тро-
гательным. Думалось – навсегда. Но старец и духовник Елены Андреевны настоятельно советовал ей не бросать школу. Да и для укрепления здоровья зиму было полезно проводить в Крыму. В течение еще пяти лет приезжает она в Алушту, отдавая душу и сердце своему любимому детищу – приходской школе.

По возвращении в Санкт-Петербург Елена Андреевна пишет и в 1897 году издает небольшую книгу "Школа в Алуште. Из воспоминаний учительницы". В ней она еще раз обращалась к одним из самых дорогих воспоминаний своей жизни. Книга издавалась четыре раза, была опубликована также в журнале "Народное образование". "Московские ведомости" о книге Е.А. Вороновой писали: "Давно мы не испытывали такого доброго, умиротворяющего чувства, как то, которое мы испытываем, прочтя эту в высшей степени интересную брошюру". И далее было отмечено, что книжка представляет собой "незаменимый" вклад в педагогическую литературу. Ее три издания (1897, 1898 и 1900 годы) хранятся в библиотеке "Таврика" Крымского республиканского краеведческого музея. Здесь я ее и обнаружила в поисках истории алуштинской церковно-приходской школы.

К сожалению, в книге не указывалось даже полное имя автора, а о нем хотелось знать больше. Обратилась к Ирине Сергеевне Кенгуровой, председателю алуштинского миссионерского православного общества, преподавателю Закона Божия воскресной школы при храме Всех Крымских Святых и Феодора Стратилата. Она мне сразу сказала: "А не та ли это Воронова, о которой писал С. Нилус в книге "На берегу Божьей реки"? Я вам ее передам".

И вот передо мною эта книга. Вторая глава называлась "Елена Андреевна Воронова". Из нее стало известно, что вернувшись в Санкт-Петербург, она много лет занималась тюремной благотворительностью, возглавляла "Петербургское тюремное благотворение". И здесь, как пишет С. Нилус, "ее великодушное сердце … явило во всей красе тихого и теплого сияния все дивные свойства ее христианской души. Сколько приговоренных к смертной казни политических преступников спасла она ходатайством, … скольким успела возродить право на свободу…".

В конце жизни Елена Андреевна тяжело болела. За три дня до своей кончины она сама написала извещение о своей смерти, сама закрыла себе глаза и до самой кончины уже их не открывала. Это произошло на Страстную пятницу 8 апреля 1916 года, как и обещал ей во сне явившийся к ней Господь. Пришедший после ее смерти пристав ничего, кроме носильного платья не обнаружил. Свои единственные сокровища – Библию и крест – она унесла с собой в могилу.

В книге Елены Андреевны "Школа в Алуште" есть фотографии учащихся. В центре – учительница Елена Андреевна Воронова. Небольшого росточка, одета в скромное темное платье с белым воротником. Простое, почти детское лицо. Гладкая прическа открывает высокий лоб. Такой, наверное, и запомнилась она на всю жизнь своим ученикам. Такой, образцом подлинной христианской любви к ближнему, преданности любимому делу, предстала она и перед нами спустя сто лет.

Татьяна ШЕКШУЕВА,

г. Алушта