«Господь вел меня по дорогам войны бережно»

13 апреля – День освобождения Симферополя

Есть на Винничине село с экзотическим названием Базалия, что в переводе с греческого означает "Царское". В нем и родился наш герой. Старожилы села с сожалением утверждают, что на их улицы царская нога испокон века не ступала. А вот фамилия Новальковский известна доброй славой. Когда-то в эти края приехал 25-тысячник Михаил Новальковский организовывать колхоз. И хотя подобных людей крестьяне встречали далеко не дружелюбно, этот пришелся ко двору, за что однажды чуть не поплатился головой. Когда его пытались объявить вредителем за найденные в углу амбара несколько зерен проросшего зерна, колхозники из своих закромов принесли хлеб для его спасения. Чтобы в те годы защитить "врага народа" и оторвать хлеб от голодных ртов семьи, нужно было иметь мужество и такую любовь к руководителю, какая встречается далеко не часто.

Смелым и добрым рос и сын Михаила Геннадий. Директор сельской школы вручал ему аттестат зрелости, когда в класс вбежала вожатая и шепнула учителю: "Война!".

Вместо института, куда хотел поступать, написал паренек заявление в военкомат с просьбой взять его на фронт добровольцем. А там – Одесса, учебный отряд, ускоренные курсы, два "кубаря" на петлицы, Москва, должность командира взвода и – пекло – Волховский фронт, стрелковая дивизия, 816-й артиллерийский полк

Те, кто сражался на Волховском направлении, хорошо знают, что такое сплошные болота, хлябь, вода вместо землянки "в три наката", где ни окопа, ни траншеи, ни блиндажа, а лишь наскоро срубленные завалы, настилы для переброски техники под непрерывным огнем противника. Как командиру в таких условиях уберечь людей и технику? Геннадий надеялся лишь на Господа, и Он вразумлял молодого командира, подсказывал правильные решения, спасал от смерти. Геннадий выжил. А с лета 42-го стал разведчиком. Испытанного боевыми крещениями, не сломленного огнем противника, Новальковского можно было посылать в тыл врага, и он ходил через линию фронта за "языком". Геннадию исполнилось лишь 18 лет, когда за отвагу и ценные сведения, доставленные с пленными, командир полка майор Сулейменко вручил ему орден Красной звезды. Было это под Любанью, в пригороде Ленинграда. Затем за прорыв блокады этого города он был награжден орденом Отечественной войны III степени.

Но самую дорогую для него награду Геннадий Михайлович получил уже в 44-м за прорыв известной линии Маннергейма, когда он, уже став опытным офицером, форсировал водную систему и захватил плацдарм в районе финского города Вуокси.

А дело было так. Вызвали в штаб дивизии командиров батарей и артдивизионов и дали приказ форсировать каскад каналов, шлюзов, речек и проток на открытом месте под прицельным огнем противника, сходу, без остановки, с тем, чтобы закрепиться на другом берегу. Не удержитесь – трибунал. "Живую силу" не жалели. И они пошли под прицельный огонь врага, под свинцовый ливень. Перекрестившись тайно от солдат и прочитав молитву, Новальковский, его комвзвода, радист Николай Бачура и рядовой Андрей Касауров – закадычный друг Геннадия на плоту сумели форсировать водные преграды, залечь, закопаться в грязь и склизь канавы и три часа, принимая огонь своих батарей на себя, корректировали их огонь по вражеской позиции. Огонь был настолько плотен, что мигом высыхала вода, обугливалась земля и плавился металл. А они лежали и просили огня.

Прорыв дивизии был обеспечен. Их нашли, откопали. Были объятья, трофейный коньяк и шоколад. А затем поступило известие о награждении командира батареи орденом Александра Невского.

– Господь вел меня по дорогам войны бережно, – вспоминал на одной из встреч ветеран. –Прошел через сто смертей, а ранен был лишь в 44-м, когда горел в маскхалате в сарае села Коколаврики. Выскочил в снег, чтобы сбить пламя, тут он меня и "погладил" – мины осколок. Ранило в бедро, но уже через неделю я сбежал из медсанбата – боялся отстать от своих. Так на ходу и долечивался в дивизии. А вот теперь, чуть погода начинает портиться, мой "барометр" чувствует: ноет рана.

А затем у кавалера ордена Александра Невского были Польша, Кенигсберг, Данцинг, Берлин. Победа! К наградам героя добавились ордена Отечественной войны I и II степеней, Красной Звезды, польский "Храбрость и свобода", медаль "За боевые заслуги" и многие другие.

Отдав более двадцати лет службе в Вооруженных Силах, Геннадий Михайлович уволился в запас и долгие годы ходил в море первым помощником капитана. Свои боевые награды ветеран завещает внуку Андрею, ставшему, как и его дед, офицером.