Приветствуя участников форума, митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь сказал:

– Присутствие педагогов всех регионов Крыма зримо свидетельствует о том, что православная педагогика нашего богоспасаемого края есть будущее, ибо есть прекрасные православные учителя и воспитатели. Им не безразлично, какими вырастут наши дети.

Вспоминаю, как нас вдохновила проведенная в феврале совместно с министерством образования АРК научно-практическая конференция "Духовно- нравственное воспитание". Активное участие в ней министра Алексея Дмитриевича Борисова, многих директоров школ, заведующих рай- и горотделов образования, ученых и учителей, духовенства дало положительные результаты.

Итоговые рекомендации того форума воплощаются в жизнь. Во всех районах и городах прошли региональные конференции на уровне благочиний. Пройдут они в сентябре и в Симферополе.

Используя в рамках действующего законодательства региональные полномочия, следует активнее выступать с различными инициативами в области взаимодействия Церкви и школы.

Епархиальное управление сделало все для того, чтобы была разработана Программа "Основы православной культуры Крыма". Эта Программа, авторами которой являются доктор философии, председатель общества право- славных педагогов Крыма Таисия Ивановна Титова и секретарь Симферопольской и Крымской епархии преподаватель истории протоиерей Александр Якушечкин, была утверждена ученым советом Крымского республиканского института последипломного педагогического образования.

Теперь все школы Крыма получают возможность вести преподавание по новому предмету в рамках регионального компонента образования. Это означает, что государство берет на себя бюджетное финансирование предмета "Основы православной культуры Крыма" как предметного по выбору в рамках учебного класса. Отныне школам будет дано право на законных основаниях по согласованию, с пожеланиями родителей предоставлять детям возможность изучения традиционной отечественной православной культуры. Кто может сегодня в нарушение международных норм "Конвенции о правах ребенка" лишать детей права получать образование, способствующее воспитанию уважения к "культурной самобытности, языку и ценностям страны, в которой ребенок проживает, страны его происхождения"?

Сделан долгожданный первый шаг, за который мы боролись 10 лет. Следующим этапом станет издание методического пособия для учителей по уже разработанной программе "Основы православной культуры Крыма". Сейчас над его написанием работает автор-ская группа, в составе которой – представители духовенства, ученые, краеведы и другие, с тем, чтобы подготовить его к началу учебного года.

При введении новой учебной дисциплины, – говорил далее владыка, – очень важно дать педагогу самому поближе ознакомиться с предметом преподавания. Поэтому предусмотрено проведение курсов подготовки учителей из тех школ, где есть намерение изучать основы православной культуры Крыма.

Отрадно отметить, что эти курсы будут проведены нашей епархией совместно с Министерством образования Крыма на базе одного из учреждений министерства в августе этого года. Мной как правящим архиереем Симферопольской и Крымской епархии дано благословение всем отцам благочинным, которые возглавляют 19 региональных церковных округов епархии, помочь городским и районным методкабинетам создать методическую базу для уголка духовно-нравственного воспитания, чтобы каждый учитель мог ознакомиться там с навыками православной методической литературы по воспитанию и образованию, взять напрокат аудио- и видеокассеты, иллюстрации для нагляд- ности преподавания.

Далее Владыка Лазарь заострил внимание форума на одном из важнейших аспектов данной проблемы.

– В изучении нашего предмета не должно быть никакой обязаловки, – сказал он. – никакой погони за массовостью. Только в тех классах и школах, где есть желание детей и их родителей, педагогического коллектива возможно преподавание основ православной культуры Крыма. Если же такие условия отсутствуют, а мы будем упорствовать, обязывать, заставлять, то мы загубим это доброе, разумное богоугодное дело.

В заключение я хочу сказать, что дело это требует большой личной ответственности. Мы не имеем права стать камнем преткновения для ребенка, подростка на пути постижения им православной культуры. «...Иисус сказал: пустите детей и не препятствуйте им приходить ко мне, ибо таковых есть Царство небесное» (Мф. 19, 14).

Владыка Лазарь основной упор сделал на то, что не каждый священнослужитель и педагог имеют способность к доверительному общению с детьми и подростками, а потому важное дело духовно-нравственного православного воспитания следует доверять наиболее опытным наставникам, чье слово дает максимальный эффект в этой важной работе. А епархия, в свою очередь, морально и материально поощряет и впредь будет поощрять тех, кто свой педагогический дар, свою любовь и трудолюбие отдает святому делу – обучению учащихся и крымской молодежи основам православной культуры, так же, как и тех, кто успешно обучается этому предмету.

– Слава Богу, у нас есть возможность сегодня собраться в этом зале вместе и не скрывать своей православной ве-ры. Слава Богу, что у нас теперь открываются храмы, что возрождается наша святыня – кафедральный собор святого Александра Невского в Симферополе. Слава Богу!

Так начала отчет о работе общества православных педагогов за 2002-2003 учебный год доктор философии председатель этого общества профессор Таисия Ивановна Титова. Рассказав о проделанной работе, она высказала мысль о том, что медлить с вопросом духовного православного воспитания детей и учащейся молодежи нельзя. Да, выбор, безусловно, должен оставаться за самими детьми и подростками, но лишать их знаний о христианской религии, о сути бытия, о философском осмыслении жизни и смерти педагоги и Церковь не могут. Эти же мысли просматриваются и в высказывании председателя Комитета по науке и образованию Верховной Рады Украины Станислава Николаевича Николаева в интервью газете "Голос Украины". "Давайте снимем розовые очки, что мы самая образованная нация. Мы ждать не можем, у нас кризис в душах, мы должны лечить души учителей, детей, опираться на традиционные православные ценности", – говорит Николаев.

Да, детям, крещенным в Православии, не следует навязывать другое мировоззрение. А в основном дети Украины крещены в Православии. И мы не можем брать на себя большой грех оставлять их в неведении или же обучать не Православию. По благословению Владыки Лазаря, который всемерно заботится о том, чтобы наши люди сохранили чистоту Православной веры, мы создали при Симферопольской и Крымской епархии ныне активно действующее общество православных педагогов Крыма. Сохранив веру, мы сохраним и государственность, и культуру, и самих себя. Ведь цель деятельности нашего общества – укрепление Православия в Крыму, духовное развитие детей, приобщение учащихся к отечественному духовному наследию, воспитание нравственно здорового поколения. Нам не следует заниматься в этом вопросе заимствованием, европейниченьем, которые еще 135 лет назад величайший мыслитель Николай Яковлевич Данилевский осудил как порочную практику. Человеческая культура – это не единый процесс, как считали Гегель и Маркс. Человеческая история состоит из множества цивилизаций, и каждую надо сохранить, ибо каждая неповторима,– считал Данилевский.

Надо возродить и великие традиции Константина Дмитриевича Ушинского – нашего православного педагога. В Академии педагогических наук Украины много полезного делает для укрепления Православной веры дочь выдающегося украинского педагога Василия Сухомлинского Ольга, к которой мы часто обращаемся за советом и помощью. В итоге работа нашего общества получила положительную оценку на Первой международной конференции в Киево-Печерской Лавре, проведенной совместно с Академией педагогических наук Украины в июне этого года.

Таисия Ивановна подробно осветила работу действующих методических кабинетов, отметила особую активность ряда педагогов в регионе, опыт которых можно смело внедрять повсеместно. Особенно подчеркнула тот опыт, который накоплен уже в общеобразовательной евпаторийской школе при Свято-Никольском соборе, где директором работает Лидия Николаевна Овчинникова.

Выступающая определила круг задач, стоящих в данный момент перед обществом, возглавляемым ею, перед каждым православным педагогом. Необходимо объединить всех педагогов, готовых утверждать православные ценности в Крыму; возродить православные традиции обучения и воспитания детей, обобщать и распространять накопленный опыт работы в этом направлении; способствовать введению в учебный процесс курса "Основы православной культуры Крыма"; препятствовать проникновению в сферу общественного и семейного воспитания явлений, развращающих людей; поддерживать деятельность воскресных школ при храмах; защищать интересы детей и их родителей в соответствии с их мировоззрением. Крещенные в Православии дети должны знать, что такое Православие.

На форуме православных педагогов о методическом обеспечении преподавания предметов с позиций православной педагогики рассказали собравшимся преподаватель-методист епархии Т.П. Макарова и сотрудник сектора образования епархии Е.В. Будилин. С летними молодежными проектами Симферопольской и Крымской епархии педагогов познакомил председатель Объединения православной молодежи Крыма, преподаватель Белогорской воскресной школы при Свято-Никольском храме В.В. Харченко. О перспективах развития воскресных школ рассказал А.В. Крылов.

Участники конференции с интересом прослушали выступления врача-психиатра, председателя общества православных врачей Крыма Т.А. Шевченко о связи обучения и оздоровления учащихся и врача-психиатра А.В. Макарова о суициде и сектанстве.

Затем состоялся обмен опытом работы. Им поделилась Лидия Николаевна Овчинникова. О пасхальных праздниках в Уютненской средней школе Сакского района рассказала ее директор С.В. Лопатина; об опыте работы воскресной школы при Симферопольском Свято-Троицком женском монастыре рассказала преподаватель этой школы А.В. Сосновская.

Далее представители общеобразовательных и воскресных школ продолжили работу по секциям. В итоге на конференции были приняты соответствующие тематике решения.

Орден Александра Невского за номером 4239 Михаил Федорович Захаров получил после того, как был… убит. А убили его в декабре 43-го, трижды до этого раненого. Когда врачи поняли, что к жизни его уже не вернуть, что сердце остановилось, тело отнесли в морг.

На дворе стояли страшные морозы. Стрелка термометра опускалась до сорока. Когда наутро боевые товарищи пришли в морг, чтобы забрать и похоронить своего командира батальона, кому-то из них показалось, что пальцы рук умершего шевельнулись. Стоявший рядом врач не верил своим глазам. Он только и смог прошептать: "Чудо!". Потом он пытался объяснить воскрешение майора именно воздействием на организм слишком низкой температуры воздуха.

Но было и еще одно объяснение. Как сообщили потом медсанбатовцы, во время смертельной схватки с противником Михаил Федорович был тяжело ранен в ногу и к тому же контужен, потерял много крови, но тем не менее продолжал руководить операцией, убежденно говоря при этом санитарам, чтобы они заботились не о нем, а выносили с поля боя раненых солдат, а ему, верующему, Бог поможет выжить и одержать победу в этом бою.

Когда он потерял сознание, хирург решил ампутировать ногу. Однако майор очнулся и запретил операцию, вновь твердо заявив, что Бог поможет ему встать на ноги, и гангрены не будет. Окружающие восприняли слова командира как заявление человека в полубреду, но именно так и вышло. Господь помог ему победить смерть, встать на ноги, хотя тогда, 14 марта 43-го года, его, буквально полуживого, отправили в распоряжение отдела кадров штаба Белорусского фронта. С помощью Бога и врачей чудо свершилось.

Во время Орловско-Курской операции Захарову с Божьей помощью удалось решить сложнейшую задачу и незаметно для врага проникнуть в его тыл с батальоном по водо-канализационным коммуникациям, завязать там бой и обеспечить тем самым прорыв наших войск на другом фланге. Вручая за этот подвиг майору орден Александра Невского, маршал, Герой Советского Союза Кирилл Афанасьевич Мерецков сказал: "Носи, герой, ты его заслужил!".

Свое боевое крещение Михаил Федорович Захаров принял уже на второй день войны и прошагал по ее тяжким, смертельно опасным дорогам до февраля 45-го. В конце войны он командовал первым батальоном 1172-го стрелкового полка 348 Бобруйской Краснознаменной ордена Кутузова II степени дивизии. Воинское звание майора ему было присвоено приказом командующего первым Белорусским фронтом.

За заслуги перед Родиной Захаров был награжден также двумя орденами Красного Знамени, медалью "За отвагу" и другими.

В личном деле кавалера ордена Александра Невского записано, что он трижды был ранен. О том же, что он чуть ли не был похоронен заживо, в личном деле не отмечено. Это осталось в памяти его боевых друзей.

Уроженец деревни Ливенка Борово-Дворского района Белгородской области, Михаил Федорович Захаров завершил свой жизненный путь в Крыму, где жил и работал в последние годы учителем географии, труда и физкультуры Громовской школы Черноморского района. Географию учитель, прошедший дорогами войны пол-Европы в сапогах пехотинца, знал хорошо. Но еще больше он знал и любил свою родину, верил в ее святое право на свободу и, как истинный христианин, не жалел сил, здоровья и самой жизни, чтобы отстоять ее в лютой схватке с ворогом, подтверждая пророческие слова святого Александра Невского о том, что кто с мечом придет, тот от меча и погибнет.

Вести из Интернета

В очередное плавание по Дону отправился плавучий храм, освященный во имя святителя Иннокентия, митрополита Московского. Корабль-храм причаливает к берегу возле хуторов и поселков Придонья, особенно в тех местах, где нет православных церквей.

По пути следования плавучего храма священнослужители совершают богослужения, а также требы по просьбам верующих. Настоятель храма отец Геннадий сообщил, что в этом году миссионерское плавание продлится до начала сентября.

Посреди села Солнечная Долина, что в 15 километрах от Судака, на холме возвышается древний храм святого Илии пророка.

Этот необычной архитектуры храм овеян множеством чудес и легенд, а время его построения исследователи относят на период между IX и XII веками.

Одна из легенд повествует нам о том, как в средневековье, в праздник Рождества Христова, на селение Козы (старое название села Солнечная Долина) напали турки. Женщин и детей, бывших в это время в храме, спас от неминуемой гибели местный священник Петр, впустив их в таинственное подземелье под храмом. Сам же пастырь погиб с мужчинами мученической смертью. Вместе с ними погибла и дочь священника, не пожелавшая покинуть отца. Священник Петр принял первый удар от турецких захватчиков, стоя с крестом в руках на пороге храма. С тех пор и сегодня многие видят на каменных ступенях порога церкви следы мученической крови, пролитой праведным человеком много веков назад.

История же говорит нам следующее. В августе 1771 года русский князь Долгоруков, разбив турок, взял Кафу (Феодосию). Узнав об этом, турецкие войска, стоявшие в Козах, в отместку убили православного священника-грека в церкви святого Илии, после чего бежали. Верующие погребли тело убиенного священника у входа в храм. Над его могилой положили гладкую каменную плиту, а рядом с ней установили скамью.

Отец Петр почитался местными жителями как мученик и чудотворец и пользовался честью не только у христиан, но и у татар. На скамью около его могилы приводили и приносили больных для исцеления. Под плитой на его могиле всегда видели кусочки материи – перевязки с больных частей тела, которые оставляли прибегающие к его помощи и верующие в его святые молитвы. Кроме того, люди старались захватить с собой горсть земли с могилы отца Петра как священную реликвию, помогающую в различных горестях и бедах. Поэтому под плитой всегда была маленькая ямка.

Каким же был козский священник Петр? Это был благочестивый старец с густой, белой бородой, не носивший зла в сердце и не знавший устали в молитве. Во время проповеди и богослужения "точно из недр души исходило его благостное слово". Обладал отец Петр и даром прозорливости, так как знал о своей мученической кончине заранее.

Убиению козского священника предшествовала другая трагедия, наверняка повлиявшая на это злодеяние. Еще до наступления русских войск на Кафу, порабощенные турками жители Феодосии написали бумагу, в которой указали, что в городе мусульман практически не осталось, а войско в лагере чрезвычайно мало. В письме они указали также, как лучше пробраться в "Богом данный" (Феодосия в переводе с греческого – Богом данная) город. К этому посланию, для достоверности, приложили свои печати пять-десять священников, после чего письмо отправили с гонцами к русским, в Перекопскую крепость. Дорогой гонцов перехватили турки, которым посланники во время допроса признались, что письмо им дал какой-то священнослужитель. Реакция турецкого военачальника последовала незамедлительно. Гонцов приказано было умертвить вместе с тремя священниками.

За милосердие и сострадание к турецким невольникам погибли убитые пастыри. За любовь к ближним погиб и козский священник Петр, которого недаром местные жители почитали как чудотворца и мученика.

Летом в Солнечной долине дни стоят жаркие. Редко когда небо окропит село скудными каплями влаги. Но есть жаркий летний день, в который дождь в селе обязателен – это день, когда в Свято-Ильинский храм собираются священники и жители со всех окрестных селений, чтобы прославить святого пророка Божия Илию в день его памяти – 2 августа. Даже если небо в этот день безоблачное, "ветер" обязательно подгонит маленькую тучку, которая окропит храм несколькими каплями влаги, а в небе раздастся легкий раскат грома, будто отголосок мчащейся по небу огненной колесницы святого пророка. Святой Илия и в минувшем году не забыл про свой дивный храм, который во время праздничной службы буквально заливало благодатным дождем.

Равноапостольный великий князь Владимир в 970 году получил от отца в удел Новгород, где спокойно княжил шесть лет; по кончине Олега и Ярополка возвратился в Киев, где сделался единодержавным князем России и прославил себя воинскими подвигами: завоевал Галицию, умирил взбунтовавшихся родимичей и распространил свое оружие от Буга до Балтийского моря. Будучи ревностным язычником, он вдруг решился оставить идолопоклонство; не доверяя проповедникам веры, бывшим в Киеве от разных народов, он отправил десять благоразумнейших бояр в чужие страны для узнания сущности различных исповеданий; посланные, возвратясь в Киев, с восторгом повествовали Владимиру о великолепии греческих обрядов, и за-ключили словами: "Всякий человек, вкусив сладкое, имеет уже отвращение от горького; так и мы, узнав веру греков, не хотим иной". Бояре и старцы говорили: "Когда бы закон греческий не был лучше других, то бабка твоя, Ольга, мудрейшая всех людей, не вздумала, бы принять его". Владимир решился быть христианином, но не захотел креститься в Киеве; он вздумал, так сказать, завоевать веру христианскую и принять ее рукою победителя; почему в 988 году Владимир собрал войско и предпринял поход на Херсонес Таврический, подвластный восточной империи. Долго не мог он взять укрепленного города, несмотря на все свои усилия; напрасно угрожал херсонитам держать в осаде целые три года, если они не сдадутся; наконец, некто Анастас, пустил из города в русский стан стрелу с надписью: "За вами к востоку находятся колодцы, откуда херсониты получают воду чрез трубы: перекопайте водопроводы". Услышав о сем, Владимир воззрел на небо и воскликнул: "Если это сбудется, я непременно крещусь"; действительно, указанное средство оказалось успешным: Владимир овладел Херсонесом, и вступив в него с дружиною, послал сказать греческим императорам Василию и Константину: "Ваш славный город я взял, так поступлю я и с вашей столицею, если не отдадите за меня сестры своей еще незамужней, которая есть у вас". Императоры, с своей стороны, потребовали от него, чтобы он крестился, соглашаясь только под этим условием исполнить его желание. "Скажите царям своим, – отвечал Владимир послам царей греческих, – что я крещусь, что я еще прежде испытал закон ваш чрез нарочитых своих мужей и полюбил вашу веру и ваше богослужение". Возрадовались императоры и начали умолять сестру свою Анну отправиться к русскому князю. Она не соглашалась и говорила: "Лучше бы умереть мне, чем идти в этот плен". Но братья представляли ей, что таким образом она сделается виновницею обращения ко Христу целого народа русского и спасет отечество свое, Грецию, от страшного оружия руссов. После убеждения братьев, с благословения патриарха отправилась царевна, сопутствуемая многими сановниками и пресвитерами в Херсонес, где была встречена с почетом жителями. В это время Владимир заболел глазами и ничего не мог видеть. "Если хочешь исцелиться от своей болезни, – велела сказать ему Анна, – крестись скорее, иначе не получишь исполнения". Владимир согласился; тогда Корсунский первосвятитель с прибывшими из Царьграда пресвитерами, огласив великого князя, совершил над ним таинство крещения на 26 году от его рождения с наречением христианским именем Василия, и в тот момент, как только святитель возложил на крещаемого руку, Владимир мгновенно прозрел и воскликнул, выходя из своей купели: "Вот теперь-то впервые узрел я Бога истинного!" Многие из дружины, видя совершившееся чудо, тут же последовали примеру своего князя. Крещение происходило в церкви св. Василия, стоявшей посреди Херсонеса на городской площади. Крестивший Владимира архипастырь преподал ему подробнейшее изложение веры, которого бы постоянно держался князь, чтобы не быть увлеченным ложными мнениями еретиков. Вскоре за тем последовало и бракосочетание Владимира с греческою царевною. В память своего крещения он поставил в Херсонесе церковь, и возвратив завоеванный город царям греческим, как вено за руку сестры их Анны, отправился в Киев, испросил себе в благословение от местного епископа часть мощей св. Климента, епископа римского, пострадавшего в Херсонесе в I веке и ученика его Фива; это была первая святыня, которую принес с собою Владимир в престольный Киев вместе с церковными сосудами и святыми иконами: также он взял из покоренного города два медных изваяния и четырех медных коней греческой работы, которые поставил в Киеве близ созданного им храма Богородицы. В сопровождении греческого митрополита Михаила возвратился Владимир в Киев, где крестил детей своих, потом и всех киевлян. Место, где они крещены и доныне называется "Крещатик"… Владимир, в язычестве жестокий и братоубийца, является по принятии христианской веры смиренномудренным и кротчайшим. Он страшился наказывать смертью даже великих преступников. Угнетенные находили в нем защитника, несчастные – друга и благотворителя, все подданные – своего отца. Он праведно скончался в селе Берестове 1015 года 15 июля. Тело св. Владимира предано земле подле гробницы супруги его Анны, среди Десятинной церкви, им сооруженной во имя собора Пресвятой Богородицы. В 1636 г. митрополит Петр Могила, осматривая Десятинную церковь, велел глубже раскопать примеченную им яму и нашел два мраморных гроба, в которых по свидетельству надписей лежали мощи св. Владимира и супруги его, греческой царевны Анны. Митрополит взял только главу великого князя, сперва положил ее в храме Преображения Господня, а потом в великой Киево-Печерской церкви, где она находится поныне в серебряной раке при алтаре придела св. Архангела Михаила под иконою св. Владимира.

28 июля Володе-младшему исполнялось семь лет. Теперь батюшка при Причастии будет называть его не младенцем, как прежде, а отроком. Значит он уже большой мальчик, и с этим надо считаться и взрослым тоже. На самом деле родился Вова немного раньше, в июне, но по обычаю, заведенному нашими предками, православный христианин празднует свое рождение в день памяти святого небесного покровителя, имя которого носит. Святой равноапостольный князь Владимир прославляется Православной Церковью 28 июля, вот Вова и ждет этого дня, когда все родственники и гости такие ласковые, улыбчивые, дарят подарки, потому что у него именины. Но главное – надо подготовиться и достойно принять святое Причастие в храме. Тогда этот торжественный день будет по-настоящему Днем Ангела, а не обычной веселой пирушкой.

Жалко, что на его (и свой тоже) День Ангела не приедет Владимир-старший – отец семейства. Работа для мужчины – это очень важно. Потом приходится обо всех событиях с мельчайшими подробностями рассказывать ему по телефону, поздравлять и говорить много утешающих и согревающих в разлуке слов. Володя-старший любит своих мальчишек, свою семью и печется не только о материальном ее благополучии, но и о духовном окормлении. Так, например, квартиру, служащую дачей, он позаботился купить не просто у моря, в каком-нибудь курортном уголке Крыма, а у святого града Херсонеса, места удивительного, где каждый камешек полит кровью святых мучеников за веру, места крещения святого князя Владимира. Кому как не своему небесному покровителю может доверить самое дорогое в жизни – свою семью – заботливый и дальновидный отец.

2001 год, в который происходила описываемая здесь история, был для Севастополя, для Херсонеса и даже больше – для государств Украины и России – особенным. Именно 28 июля был воздвигнут крест на куполе Владимир-ского собора. И в честь этого события на престольный праздник в Херсонес приехали высокие гости: Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины Владимир, Высокопреосвященнейший Митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь, президенты Леонид Кучма и Владимир Путин. Два президента сразу. У Блаженнейшего Митрополита и президента России – тоже День Ангела. Не смог приехать из Москвы в тот день Володин папа, зато сколько собралось отцов-священнослужителей во главе с тезоименитым Блаженнейшим Митрополитом Владимиром.

Благодарили Бога все молящиеся за мир и эту незабываемую встречу, просили благоденствия, здравия и процветания нашим государствам, согласия и понимания между людьми. Володя-младший присутствовал на этом замечательном событии, как взрослый, по пригласительному билету и даже смог сфотографировать с близкого расстояния Блаженнейшего Владимира и обоих президентов. Сделал снимки и поднимаемого подъемным краном креста, и водосвятного молебна, и освящения креста. Запомнилось мальчику и выступление его тезки – президента России. Владимир Путин сказал замечательные слова о том, что именно на таких святых местах можно понять, что наши народы неразделимы, что духовное единство нельзя разобщить границами, таможнями, какими-то внешними запретами. Эти слова взрослого человека были понятны детскому сердцу. Придя домой, Володя нарисовал храм, крест, колонны древнего города, парусники в синем море, палящее солнце, а на берегу цветы…

Потом были гости, именинный пирог, поздравления. А в сердечке затаилась незабываемая радость на долгие годы об этом святом, необыкновенном празднике. Я тоже была на этом празднике со своими детьми. И так же, как мама и бабушка Вовы, хочу сказать, что, прожив достаточно долгую жизнь и зная много историй из жизни детей и взрослых, таких совпадений в жизни одного мальчика не припомню. Начало отрочества, празднование Дня Ангела на месте, где крестился будущий креститель Руси Владимир-князь, воздвижение креста на куполе исторического собора. Все мы решили, что это воистину благословение на богоугодную жизнь младшего из трех чудесно объединенных в тот день общей молитвой Владимиров. "не как нам хочется, а как Богу угодно".

...Когда приезжает Вова на летние каникулы, то, ложась спать, видит из окна крест Свято-Владимирского собора; утром встает – и тот же крест сияет в лучах восходящего солнца.

Благословенны все любящие Бога и почитающие святой крест. Поговорив с Вовой, я теперь знаю, что не все дети, приезжающие на лето в наше город, ходят босиком только оттого, что жарко или для укрепления физического здоровья. А еще и потому, что любят священную историю нашего Отечества, славного города Севастополя и помнят слова и из Библии: "Сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая" (Деян.7, 33).

И еще мне хочется от всей души поздравить всех Владимиров, больших и маленьких, с Днем Ангела.

В миру преп. Серафима звали Прохором. Он родился 19 июля 1759 года в городе Курске и происходил из купеческой семьи Мошниных, отличавшейся благообразием и благочестием. Жизнь родителей его – отца Исидора и матери Агафии – прошла под знаком храмостроения. Последним делом жизни Исидора Мошнина было построение в Курске известного Казанско-Богородицкого собора.

Смерть застала его на этой работе. Он оставил на руках своей жены Агафии маленького Прохора, которому было тогда три года. Две заботы наполняли жизнь благочестивой женщины после смерти ее мужа – воспитание сына, будущего великого подвижника, и постройка упомянутого храма, продолжавшаяся около 15 лет.

С 10 лет началось обучение его грамоте. Оно шло вперед с необычайной легкостью и быстротой, но должно было скоро прекратиться по причине тяжелой болезни. Во время этого недуга он в первый раз увидел во сне Пресвятую Деву, обещавшую ему исцеление, и рассказал об этом своей матери. Через несколько дней после видения был крестный ход с Чудотворною иконой Знамения. Благодаря случившемуся в это время проливному дождю икону пришлось пронести двором Мошниных. Агафия вынесла больного мальчика к иконе; он приложился к ней, и самое икону пронесли над болящим. После этого скоро выздоровел и возобновил занятия.

Находясь еще в миру и будучи еще совсем юным, Прохор тем не менее ни в каком смысле не был мирским. Торговое дело, которым занимался его старший брат Алексей, совершенно не привлекало его, и занимался он им до поры до времени, исключительно повинуясь старшим. Все существо его было поглощено чтением святых книг, стремлением постоянно – и в праздники, и в будни – посещать храм; уже в это время наблюдалась у него склонность и к уединенному богомыслию.

Духовное созревание юного Прохора подвигалось необычайно быстро, уже к 18-му году у него сложилось твердое решение вступить на путь иноческий. Мать вполне сочувствовала Прохору в его благочестивом намерении и с радостью отпустила сына, благословив тем самым медным Распятием, которое он всю жизнь носил поверх одежды на груди.

Предварительно он решил идти в Киев на поклонение святым мощам Печерских угодников. Окружавшие Прохора друзья и знакомые не только поощряли избранный им путь, но некоторые из них решили вместе с ним уйти из мира и посвятить себя Богу. Из этих пяти паломников впоследствии четыре стали монахами.

Ввиду этой необычайной легкости вступления будущего Саровского Чудотворца на путь монашеской жизни, такой легкости, как будто он никогда не покидал монастырских стен, невольно вспоминается трагическая борьба преп. Феодосия Печерского с матерью, болезненно-страстная, но вполне мирская любовь которой причинила столько страданий и ей, и ему, прежде чем обоих приняла и навсегда успокоила иноческая келья. Не знал молодой подвижник также и борьбы с плотью, борьбы, наполнявшей неоднократно всю жизнь отшельников (напр., Иоанна Многострадального).

Прожив два года в Курске после киевского паломничества и уже в этот период своей жизни находясь в состоянии полной отрешенности, Прохор вступил в Саровскую обитель, в вечер накануне праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы (20 ноября 1779 года).

В это время ему было 19 лет, этим заканчивается первый период его жизни.

Приняв Прохора в число послушников, строитель Пахомий поручил его руководству иеромонаха Иосифа, казначея обители. Последовательно исполнял новопринятый послушания в хлебне, в просфорне и столярне. В свободное от молитвы и послушания время он занимался чтениями Священного Писания, святоотеческой, аскетической и житейной литературы. Заметим, что сам способ, манера его чтения облегчала проникновение в читаемое и способствовала усвоению его в соответствующем направлении. Это было не простое чтение, а именно особый духовно-молитвенный метод вникания, внедрения в читаемое, особого рода аскеза, так как читал он в молитвенном настроении, стоя перед образами.

Исключительное воздержание в пище и сне составляет уже в этот период отличительную особенность его жизни. Он ел один раз в день, да и то мало. По средам и пятницам ничего не ел. В этот же период для него наступило испытание, давшее ему возможность проявить силу и красоту столь рано созревшего духа. 1780 год ознаменовался для молодого подвижника началом тяжкого недуга, мучившего его около трех лет. Большую часть этого времени ему пришлось пролежать. Он отклонил предложение старцев – Пахомия и Иосифа – призвать врача, но попросил молитв о себе. Были отслужены Всенощная и Литургия о здравии больного; его исповедали и причастили. Последовало быстрое выздоровление (конец 1782 г. или начало 1783 г.). Лишь незадолго до своей кончины подвижник рассказал о тайне своего исцеления: оно, которое было чудом, явленным на нем, как и в первый раз, Божьей Матерью. Пресвятая Дева явилась ему со словами "этот – нашего рода" (слова, обращенные к ап. Иоанну Богослову, который сопровождал Ее вместе с ап. Петром в чудесном посещении больного). Коснувшись рукою головы его, а жезлом, бывшим у Нее в руке,– бока, Она исцелила его.

Нося еще мирское имя, Прохор был уже инок в самом глубоком смысле слова. Наконец, однако, наступила для него пора принять внешние, видимые знаки "равноангельского чина". 13 августа 1786 года Прохор был пострижен в иночество и наречен Серафимом.

"Серафим" – слово еврейское; в единственном числе можно перевести его как "жгучий", "сжигающий", "пламенеющий", "пламенный", "зажигающий"; а по толкованию Дионисия Ареопагита – "согревающий".

Имя свое рукоположенный оправдал полностью. Теперь наступили для него дни непрерывного молитвенного горения и совершенно исключительного прилежания и ревности о храме Божием, из которого он уходил только для краткого ночного отдыха, сведенного к тому же до совершенно непостижимой малости.

В 1793 году 2 сентября преподобный прибыл в Тамбов, где 34 с лишним лет был рукоположен в иеромонахи. Таинство священства совершил над ним преосв. Феофил Тамбовский. Год продолжалось усердное служение в этом сане с ежедневным причащением Св. Тайн. Скоро начинается и пустынножительство, с последовавшим затем затвором.

Дремучий, вековой сосновый бор, окружавший обитель, в которой "ангельски пожил" святой, как бы сам звал его для того, чтобы дать возможность до конца уйти в богомыслие, собрать свою личность для всецелой, ничем не прерываемой и не развлекаемой службы Богу, для непрерывного предстояния ему в дневной и ночной молитве. Это была так называемая "дальняя пустынька" – небольшая келия-хижина в лесной глуши в верстах пяти от Саровской обители.

Отдавая почти все время молитве, остававшееся он посвящал труду в расположенном около "пустыньки" небольшом огороде, что давало ему возможность питаться исключительно от трудов рук своих, правда, в величайшей скудости. Впоследствии он, однако, перестал питаться и овощами, поддерживая свое существование одною травой – "снитью". Многие дни (в том числе каждую среду и пятницу) он вовсе оставался без пищи.

Совсем переставши брать хлеб из обители, он жил без всякой от нее помощи более двух лет с половиной. Братия удивлялась, недоумевая, чем мог питаться старец все это время, не только летом, но и зимою. Он же тщательно скрывал свои подвиги от взоров людей. Но перед смертию, в разговоре 20 мая 1832 года с одною доверенной особой, которая тогда же и записала свою беседу, преп. Серафим открыл это, начавши так: "Ты знаешь снитку? Я рвал ее да в горшочек клал; немного вольешь, бывало, в него водицы – славное выходит кушанье".

Молитвенный подвиг, бывший главным содержанием его отшельничества, имел в своем основании длинное и трудное правило св. Пахомия Великого. К нему присоединялось чтение Св. Писания, а также, как и раньше, святоотеческой, аскетической и житийной литературы.

Велико было совершенство, достигнутое преподобным в это время. Живя на земле, среди лесов и дебрей, в наше грешное время, он превращал пустыню "в рай сладости"... Благодатные токи исходившей от него святости осеняли не людей только, но и зверей. Многочисленные свидетельства из самых разнообразных источников все говорят за то, что отношение преподобного к зверям было совершенно особым, выходящим за пределы как дикой свирепой войны, так и рабского приручения. Совершалось какое-то частичное и временное возвращение в райское состояние. Звери, оставаясь дикими, никем и ничем как будто в своей свободе не ограничиваемые, тем не менее "добровольно" приходили к хижине подвижника, чтобы получить от него корку хлеба. Медведи, зайцы, волки, лисицы и прочее зверье прибегало и приползало к келье святого, окружало преподобного. Но не капкан и не оружие, не страдание и смерть – хлеб и ласку получали они от него. Старица Дивеевской обители Матрона Плещеева сама видела, как преподобный Серафим из своих рук кормил пришедшего к нему медведя. Она свидетельствует: "Особенно чудным показалось мне тогда лицо великого старца: оно было радостно и светло, как у ангела".

Труден путь пустынножительства, тяжек этот подвиг. Неверно думают те, которые издали считают его легким, а то и праздным времяпрепровождением, мечтательством на досуге. Пустынножительство, как и вообще христианский подвиг, не идиллия, а трагедия.

И преподобному Серафиму пришлось испытать это на себе в полной мере – прежде всего в виде противоборства злых сил, которые до бесконечности разнообразят свой вид в зависимости от времени и места, стараясь где только возможно мешать росту добра. Мешали они как только могли и подвигу преп. Серафима.

...Подвижник был занят работой в лесу, недалеко от своей "пустыньки", когда подошли злодеи и стали требовать денег. Все возможности самообороны были в его руках: большая физическая сила, топор – этого было более чем достаточно, так как нападавших было всего двое. В ответ на требование денег и угрозы он опустил топор на землю, сложил крестообразно руки на груди и покорно отдался на их волю. Далее последовала расправа над безоружным пустынником. Его стали бить по голове обухом его же собственного топора. Кровь полилась у него изо рта и из ушей. Он упал на землю. После этого его принялись избивать поленом, топтать ногами; таща по земле и продолжая бить, приволокли к келье и там уже потерявшего сознание связали по рукам и ногам. Все было разломано, разбито, перерыто в убогом жилище пустынника. А единственным сокровищем преподобного была икона. Совершив злое дело, разбойники удалились, оставив подвижника избитым, израненным, истекающим кровью и связанным. Нападение произошло 12 сентября 1804 г., на 46-м году жизни преподобного. Это обстоятельство лишь на время прервало его пустынножительство.

После недели жесточайших страданий, понесенных им от повреждений, признанных врачами смертельными, после недели мучительной бессонницы, опять, как и в дни его послушничества, удостоился он видения Божией Матери, пришедшей к нему в сопровождении ап. Петра и Иоанна с теми же словами: "этот – нашего рода". Быстрое выздоровление при отсутствии медицинской помощи (святой отказался принять ее от приглашенных врачей) снова обличило истинную, подлинную реальность этого посещения.

Знаком жестокой борьбы со злом, из которой он вышел полным победителем, стала его согбенность от понесенных повреждений; получив их, он уже навсегда стал ходить согнувшись и постоянно опираясь на палку и свой рабочий топор либо мотыгу. Страдальческая согбенность "убогого Серафима" (так называл он себя) как бы, видимо, символизировала его смирение; последнее сказалось не только в мужественном и кротком перенесении "злостраданий" от насильников, но и в прощении их, в молитве за них (придя в себя после избиения, он первым долгом помолился за своих обидчиков) – в духе слов Христовых: "молитеся за обижающих вас" (Мф. 5, 44).

Мало того, он горячо заступился за злодеев, после того как спустя некоторое время они были случайно обнаружены.

В своем дневнике 1925 г. Булгаков записал: "...Я слышу в себе, как взмывает моя мысль, и верю, что я неизмеримо сильнее как писатель всех, кого я ни знаю". И дальше: "Не может быть, чтобы голос, тревожащий сейчас меня, не был вещим. Не может быть. Ничем иным я быть не могу, я могу быть одним – писателем". Не тот ли это "вещий голос", что увещевал некогда вкусить от древа Адама и Еву? Впрочем, порою Булгаков достаточно определенно свидетельствует о природе этого голоса: "В меня вселился бес... Я стал мазать страницу за страницей наново тот свой уничтоженный три года назад роман" (о "Мастере и Маргарите", в письме В. В. Вересаеву , 1933 г.).

Едва ли не каждое его произведение содержит отсылку к "Фаусту", в неоконченной повести "Тайному другу" самоотождествление автора с Фаустом вполне откровенно – все это ясно говорит о его настроении и мыслях. По воспоминаниям первой жены Булгакова Татьяны Николаевны, в Москве он с удивительным постоянством занимался тем, что рисовал на листках бумаги Мефистофеля и раскрашивал цветными карандашами. Такое изображение всегда находи- лось над его письменным столом. Вот что стало для него той иконой, к которой он обращался в поисках вдохновения при своей работе!

Обращенность к демонической духовности проявила себя в болезненной жестокости его фантазии, склонности к предельно натуралистическому, порою до садизма, описанию смерти и физических страданий. Причем эта жестокость достигает иногда умопомрачительного размаха, как, скажем, в повести "Роковые яйца". Это не просто змеи, с невероятной кровожадностью уничтожающие людей и угрожающие Москве, а воистину бесы вырвались из бездны воображения Булгакова. Это расплодившиеся фантомы того огненного убийцы-змея из наркотических видений 1917 г., на что недвусмысленно указывают их "огненное дыхание" (обычные змеи, как известно, хладнокровны) и место действия повести – с. Никольское Смоленской губернии, то самое, где получил свое огненное посвящение Булгаков.

В следующий раз эти твари вырвутся для своей всесокрушающей деятельности под более привлекательным обличием – в романе "Мастер и Маргарита". На этот раз они уже не пощадят Москвы – по первоначальному замыслу романа, она полностью сгорит, подожженная слугами из свиты Воланда. В окончательной редакции Булгаков в значительной степени урезал многочисленные жестокости и циничности, которым дал волю в черновиках. Видимо, выплескивать в творчестве накопившуюся жестокость и озлобленность было глубокой потребностью души писателя. Столь же явственно пораженность духа Булгакова демонизмом сказалась и в духе кощунства, присущем его творчеству.

В частности, этот дух проглядывает в именах персонажей. Персонажам отрицательным или комичным придаются для контраста благозвучные церковные имена: взяточник – председатель домкома – носит отчего-то фамилию Аллилуя, а жестокий убийца-китаец – прозвище Херувим ("Зойкина квартира"). Комический дирижер в "Багровом острове" именуется Ликуй Исаич – намек на известное церковное песнопение "Исаия, ликуй!". В ранних редакциях "Мастера и Маргариты" появляется финдиректор варьете Библейский (впоследствии – Римский). Фамилию Благовест носит то будущий Варенуха, то конферансье Осип Григорьевич (будущий Жорж Бенгальский). В ночном аду "Грибоедова" пляшет с павиановыми и богохульскими "писатель Иоганн из Кронштадта" – прозрачный намек на святого праведного отца Иоанна Кронштадт-ского, оставившего по себе собрание сочинений в семи томах.

Только в пародийных тонах изображается покаяние – как история или фарс – поэта-футуриста Русакова в "Белой гвардии", Пончика-Непобеды в "Блаженстве", Никанора Ивановича Босого и буфетчика Сокова в "Мастере и Маргарите". Черты наружного благочестия придаются также в основном лишь отрицательным или комическим персонажам: крестятся Аннушка, Соков, Босой, кухарка, Бездомный, бросает взгляд на икону Богоматери трусливый генерал в "Белой гвардии". Исключение составляют, наверное, только отец Александр и Елена Турбина в "Белой гвардии". Сам Булгаков до конца жизни избегал церковных обрядов и любых внешних проявлений религиозности.

Но более всего дух кощунства проявит себя в последнем романе писателя – "Мастере и Маргарите", где достигнет своего апогея. Кощунственно то прославление сатаны, которое совершается на всем протяжении романа и особенно откровенно и непосредственно выражается автором устами Маргариты. Верующего человека эти восклицания, которые мы даже не находим нужным приводить здесь, не могут не покоробить.

Но еще более, даже чем сатана, кощунствен образ Иешуа Га-Ноцри ("Христа") в изложении "Евангелия от Воланда". Как далек от Богочеловека (Божество Христа Булгаков отрицал еще в юности), да даже просто от образа нравственного совершенства этот бродячий фокусник-философ, "блаженненький", униженно заглядывающий в лица палачей и утверждающий, что Истина в том, что у прокуратора болит голова. Все, оказывается, переврали ученики, превратившиеся в романе в одного полоумного фанатика Матфея.

Надо сказать при этом, что Булгаков не был все же убежденным сатанистом, которым двигала бы вполне осознанная ненависть ко Христу. Это не вполне так – он не был ни сатанистом, ни, тем более, атеистом. Вот, например, выписки из его дневника 1923 г.: "Итак, будем надеяться на Бога и жить. Это единственный и лучший способ" (19 октября). "Может быть, сильным и смелым Он (Бог) не нужен, но таким, как я, жить с мыслью о Нем легче... вот почему я надеюсь на Бога" (26 октября). Подобными мыслями, свидетельствующими о вере в Бога, наполнен почти весь дневник. "Когда я бегло проглядел у себя дома вечером номера "Безбожника", был потрясен. Соль не в кощунстве, хотя оно, конечно, безмерно, если говорить о внешней стороне. Соль в идее: ее можно доказать документально – Иисуса Христа изображают в виде негодяя и мошенника, именно его. Этому преступлению нет цены" (5 января 1925 г.).

Над незаконченной рукописью "Романа о дьяволе", как первоначально назывался последний роман, в 1931 г. написаны рукой Булгакова следующие слова: "Помоги, Господи, кончить роман!" Он просил Бога помочь закончить роман о дьяволе! Как это понимать? Что же значил роман для самого Михаила Афанасьевича?

Думается, что дело здесь в отношении Булгакова к смерти. Отношение это было весьма глубоким, личным – сколько раз она была так близко! Чувство смерти было у него до крайности обострено – в 30-е гг. его даже мучили навязчивые страхи одиночества и смерти, от которых он пробовал лечиться гипнозом. Он с точностью указал своей третьей жене Елене Сергеевне в самом начале их совместной жизни год и обстоятельства своей смерти – когда еще ничего внешне не предвещало этого.

Но дух Булгакова не может примириться со смертью как с небытием. Что там, за этой гранью? Отвергнув учение Православной Церкви, заменив его своими собственными взглядами, Булгаков не может оставить без ответа и этот, столь важный для него вопрос. С одной стороны, он чувствует давнюю, прочную и очень важную для него связь с миром демоническим. С другой – он не отверг вполне и веры в Бога. Так появляется попытка создания своего символа веры, который соединил бы эти два несовместимых начала. Если "Белая гвардия" – попытка "стать беспристрастно над белыми и красными" (по собственному признанию), то "Мастер и Маргарита" – это уже попытка подобного рода возвыситься над обычными представлениями о Боге и дьяволе как антагонизме – попытка диалектического прорыва в "фаустовском" духе.

В романе есть очень важное для его понимания место, находящееся в своего рода смысловом центре произведения. Это фраза, с которой обращается на балу Воланд к отрезанной голове атеиста Берлиоза: "Все теории стоят одна другой. Есть среди них и такая, согласно которой каждому будет дано по его вере. Да сбудется же это! Вы уходите в небытие, а мне радостно будет из чаши, в которую вы превращаетесь, выпить за бытие!"

Как азартный игрок, каким он был всегда в жизни, Булгаков поставил на эту теорию все, что имел, надеясь получить по своей вере вечное бытие и покой. Получить от Бога, но при помощи дьявола – как и Мастер в романе. Дьяволу он надеется угодить панегириком в его честь, а Богу – той "правдой", которую он "открывает" о Христе. В редакции 1928-1929 гг. Иешуа говорит: "Добрые свидетели, о игемон, в университете не учились. Неграмотные, и все до ужаса перепутали, что я говорил. Я прямо ужасаюсь. И думаю, что тысяча девятьсот лет пройдет, прежде чем выяснится, насколько они наврали, записывая за мной", – то есть пока не появится "грамотный", учившийся в университете Булгаков, который все исправит с помощью дьявола – и получит за это вечный покой!

Он выстраивает философско-религиозное обоснование этой теории, выраженное ясно в эпиграфе к роману из Гёте и в главе "Судьба Мастера и Маргариты определена". Воланд говорит Левию Матвею: "Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени?.. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар, снеся с него прочь все деревья и все живое из-за твоей фантазии наслаждаться голым светом? Ты глуп". Вот тот философский "гвоздь", на который вешает свою картину Булгаков. Это – старый, как мир (вернее, как диавол) дуализм, признающий в мире два равноправных извечных начала. Но если добро и зло – две части одного целого, "правильно устроенного" (по Булгакову) мира, то Новозаветное благовестие о том, что "Бог есть Любовь" и "Бог есть Свет и нет в Нем никакой тьмы", – это ложь. Или же надо признать в мире еще одного бога – диавола, но тогда все христианство, учащее, что Бог един, – тоже ложь.

Это и есть тот смертоносный яд, который придает принципу романа тождество с принципом наркотика: увлекая, принося наслаждение – убивать. И эта теория, и построенный на ней роман не просто отвлеченное умничанье, интеллектуальная игра в форме художественного произведения. Это и жизнь, и магическое священнодействие. Роман Булгакова, как и его жизнь, – явление совершенно новое в русской литературе и редкое в литературе мировой. Он не просто пишет – он священнодействует. Не столь уж часто собственное творчество становилось попыткой религиозного прорыва в Вечность, создания собственной религии. Даже Толстой пытался больше просто "привести в порядок" Евангелие, видел в нем лишь сборник нравственных правил, но не способ до-стижения религиозного бессмертия.

Умирал Михаил Афанасьевич тяжело, от неизечимой болезни почек, почти совершенно ослепнув. Он отказался от соборования и причащения и скончался 10 марта 1940 г. Его похоронили на Новодевичьем кладбище. Прошли годы, и верная вдова Елена Сергеевна, "Маргарита", поставила над его могилой камень от первого надгробного памятника Гоголю. Этот камень служил там основанием Голгофы, на нем была выгравирована надпись из Апокалипсиса: "Ей, гряди, Господи Иисусе!" Надпись эта была сбита, сам камень в опрокинутом виде водружен над гробом Михаила Афанасьевича, над которым никогда не было креста. Л.Яновская, биограф писателя, спрашивает: "Или крест, не водруженный на этом камне, все-таки виден, поскольку камень – Голгофа?" Но нужно помнить, что эта гоголевская "Голгофа" находится здесь в опрокинутом виде, и если крест "все-таки виден", то это, наверное, опрокинутый крест. Трудно найти образ, точнее отражающий противоположность духовных итогов жизни, к которым пришли два великих писателя.

Гоголь скончался, как известно, в искреннем исповедании православной веры. О Михаиле Афанасьевиче этого, к сожалению, сказать нельзя. Он умер, надеясь получить покой – сам, может быть, не вполне представляя себе, что это такое. Какой-то мещанский сведенборговский раек, вечную масонскую ложу с ретортой гомункула, кавалерами со скрипками, засаленным колпаком и гусиным пером. Если это не вечная мука, то вечная скука, где неясен ответ на вопрос: зачем? Зачем и кому нужен там, гомункул, зачем и кому нужны разговоры (о чем!) с "тем, кто тебя не встревожит"? Вечный комфортабельный пансионат для инвалидов с Маргаритой в роли вечной сиделки – и нет даже памяти о прошлом! В подарок от сатаны за кощунство.

Булгаков поручил судьбу своих произведений Елене Сергеевне. Одними из последних его слов были: "Пусть знают!" – и она клятвенно обещала сделать все возможное для их публикации. Но был и еще некто, кому он поручил их судьбу, вложив в его уста свою надежду: "Рукописи не горят!" Сейчас эти слова подхвачены и распеты на множество ладов, и в хоре поющих как-то потерялся регент, у которого, собственно, и не сгорают необходимые ему рукописи, но в нужный момент появляются и делают свое дело.

Булгаков полагал иногда, что ему нужно было родиться столетием раньше, чтобы сочинения его были восприняты. Однако они оказались востребованы на тридцать лет позднее его кончины. В 1966 г. произошли два примечательных события (кстати заметим, что этот год является своего рода юбилейным по своей нумерологической символике для демонических сил). В городе Сан-Франциско, США, бывший полицейский фотограф и циркач Энтони Шандор Ла Вэй официально зарегистрировал первую в мире "Церковь сатаны" и стал ее первым "черным папой". Вышла в свет его "Черная библия" тиражом в 125 тысяч экземпляров, призывающая поклоняться "богу земли", "князю мира сего" – сатане.

В том же году в СССР в журнале "Москва" впервые издается роман М.А. Булгакова "Мастер и Маргарита", в художественной форме проповедующий те же идеи, что и "Черная библия" Ла Вэя. Булгакову суждено было стать в России проповедником и пророком всемирного оккультного движения "Нью эйдж" и одного из его направлений – люциферианства, распространяя яд идей религиозного дуализма и "справедливости" дьявола, представляя его в столь привлекательном для многих виде и попутно развенчивая атеизм. Он как будто делал все в строгом соответствии с планами американского сатаниста и масона Альберта Пайка. А может быть, он и вправду их читал? Еще в 1871 г. Пайк писал о необходимости атеистической революции в России, "которая покажет всему миру во всем его ужасе абсолютный атеизм как причину одичания и самого кровавого беспорядка. Тогда люди, вынужденные защищаться от ошалелого меньшинства бунтовщиков, уничтожат этих разрушителей цивилизации, а все бесчисленное множество разочарованных в адонаизме (христианстве – Авт.), жаждущее в душе своей божественного идеала, не зная, какому поклониться Богу, приимет посвящение от истинного света чрез всемирную проповедь чистейшего люциферианского учения, к тому времени уже открытую и всенародную".

Когда в 1917 г. большевики объявили религию "опиумом для народа", ввергнув Россию в ад братоубийственной атеистической революционной бойни, в безвестной глуши Смоленской губернии совершались революционные события совсем иного рода. При посредстве морфия происходило оккультное посвящение сельского врача Михаила Булгакова в жреца культовой литературы новой религии. Чтобы потом, когда "комиссары в пыльных шлемах" сделают свою пыльную работу, расчистив место, взамен объявленного "опиумом" Православия преподнести миру и России нечто "более совершенное" – "морфий". "Морфий" оккультных духовных исканий добра и света от тьмы и сатаны, мечтаний вечного земного покоя и блаженства, наркотических вдохновений и озарений, к которому доверчиво тянется наивная Маргарита – русская душа, потерявшаяся во мраке великих строек, поражений и побед жестокого века.

9 августа исполняется 80 лет Николаю Николаевичу ПОПКОВУ – старейшему певчему хора Свято-Троицкого женского монастыря. Это профессиональный церковный певчий, канонарший, обладающий замечательной красоты лирическим тенором. Один батюшка в Свято-Троицком называл его "Лемешев вы наш". На протяжении уже четвертого десятилетия наш хор невозможно представить себе без Николая Николаевича. Долгое время он работал и библиотекарем хора: хранил все ноты, в шесть часов утра – уже на хорах, все ноты разложены, все готово к славящему Господа песнопению. Многим из нас и мне, конечно же, Николай Николаевич дал незабываемые уроки церковного пения и безупречной преданности этому прекрасному делу. А вот что по моей просьбе рассказал он о себе сам:

– Родился я в далеком Китае, и все мое детство было связано с храмом Преподобного Серафима Саровского чудотворца. В этом храме был небольшой хор, которым руководила моя старшая сестра. Это она, Царство ей небесное, привила мне любовь к церковному песнопению. Это она научила меня любить храм, где я, как губка, впитывал в себя всю красоту, духовную атмосферу и на всю свою жизнь полюбил чудесную духовную музыку. А когда мне было лет 8-9, она разучила со мной великопостную молитву "Да исправится молитва моя" в триодном исполнении. Это был мой дебют, после которого на меня обратили внимание настоятель и матушка. Они постоянно проявляли заботу обо мне и всячески меня поощряли. Когда же я повзрослел, то мне пришлось прервать пение. Я поступил в музыкальное училище, после окончания которого вернулся в храм. В 1969 году я приехал в Симферополь и сразу же пошел в кафедральный собор, где меня приняли в большой хор и где я пою до сего времени.

Поздравляя Николая Николаевича с юбилеем, мы рады видеть его в духовном здравии. Желаем ему радости творчества еще на многие лета.

СМОЛЕНСКОЕ МЕЖЪЕПАРХИАЛЬНОЕ ПРАВОСЛАВНОЕ ДУХОВНОЕ УЧИЛИЩЕ – учебное заведение Московского Патриархата, готовящее регентов, преподавателей Богословского образования, сестер милосердия и иконописцев Русской Православной Церкви, объявляет прием учащихся.

Срок обучения 3 года.

В училище принимаются лица мужского и женского пола в возрасте до 35 лет, имеющее среднее образование.

Поступающие в Межъепархиальное Духовное училище сдают вступительные экзамены по следующим дисциплинам:

Необходимо знание основ катехизиса и молитв, перечень которых приведен в № 13 "ТП".

Поступающие на отделение сестер милосердия дополнительно сдают:

а) изложение;

б) биологию (письменно, вопросы по биологии, задача по генетике).

Поступающие на отделение иконописи должны предоставить в приемную комиссию созданные ими живописные или иконописные работы.

Абитуриентам необходимо представить в канцелярию Духовного училища следующие документы:

прошение на имя ректора Межъепархиального Духовного училища; рекомендацию приходского священника; автобиографию; заполненную анкету и две фотокарточки (6х8); свидетельство о рождении; документ об образовании; справку о семейном положении; справку врача о состоянии здоровья; справку о крещении; справку о венчании (для женатых);

предъявить в канцелярию паспорт и военный билет (приписное свидетельство).

Всем учащимся предоставляется бесплатное питание, общежитие.

Прием документов до 1 августа.